Злопыхатель и руководятел: как появляются окказионализмы

Авторская лексика

Термин окказионализм восходит к латинскому occasio ‘случай, повод’. Чаще всего так называют индивидуально-авторские слова, использованные для характеристики явления или персонажа, для создания образа, словесной игры и других целей. Основная функция таких слов не номинативная, а экспрессивная, то есть автор не просто называет, обозначает явление, а выражает личное, эмоциональное к нему отношение.

Например, у Александра Пушкина есть шутливое стихотворение:

Окказионализм кюхельбекерно выражает тягостное, тоскливое состояние. Оно образовано от фамилии Кюхельбекер — так Пушкин посмеялся над лицейским товарищем, который утомлял окружающих длинными и тяжелыми стихами.

Окказиональные слова противопоставляются узуальным — общеупотребительным, принятым в узусе (от латинского usus ‘использование’).

Окказионализмы раньше называли по-разному: индивидуальные слова, слова-самоделки, слова-метеоры, слова-однодневки, поэтические неологизмы, стилистические неологизмы, креатемы, вербоиды...

Впервые окказиональные слова подробно рассмотрела филолог-японист и переводчица Наталия Исаевна Фельдман. Она выделила такие их признаки, как постоянная новизна, словообразовательная производность, невхождение в систему языка, принадлежность к определенному автору, тесная связь с контекстом, особая выразительность и связь с конкретной ситуацией¹.

Как они образуются

Часто окказионализм создается путем прибавления к основе разных словообразовательных формантов — приставок и суффиксов (прозаседавшиеся). Другие распространенные модели образования окказиональных слов — междусловное наложение, контаминация и графическая деривация (графиксация).

Если при междусловном наложении «слова накладываются, наезжают друг на друга: конец одного является началом другого... то при контаминации соединяются два узуальных слова, которые порождают третье — окказионализм»².

Окказионализмы вроде безумительно (безумно + изумительно), обнаженщина (обнаженная женщина) и бермуторно (Бермуды + муторно) образованы с помощью междусловного наложения, а замечтательно (мечта + замечательно), импузантный (импозантный + пузо) и ценизм (ценить + ценизм) — посредством контаминации.

Слова, образованные с помощью разных графических систем (ХороShow, RAPетиция), лингвисты называют словами-кентаврами.

У них есть и другие названия: новообразования поликодового типа, полиграфиксаты, графогибридизаты и поликодификаты. В связи с поправками в ряд законов, утверждающими приоритет русского языка, подобное словотворчество с использованием латиницы на вывесках и в наружной рекламе теперь ограничено.

Где они употребляются

Художественная литература

Окказионализмы ассоциируются преимущественно с художественной литературой. Вспомним широкошумные дубровы Пушкина, звучно-мерные шаги Лермонтова, громкокипящий кубок Тютчева, глагол стушеваться у Достоевского, прилагательные удилозакусный у Тургенева и светлозмейный у Блока. Многие окказионализмы Салтыкова-Щедрина прижились и остались в языке: благоглупость, головотяпство, злопыхатель.

Благоприятную среду для появления уникальных слов создает поэзия. Окказионализмы часто встречаются в поэзии футуристов, например у Владимира Маяковского (громадьё, молоткастый, серпастый, вылюбить, огромив) и Велимира Хлебникова (крылышкуя, будетлянин, смеяльный). Есть много таких единиц и в поэзии Игоря Северянина: ветропросвист, крылолёт, грёзофарс, бравурить, диагнозить.

Использование окказионализмов может служить остранению — так называется литературный прием, который призван вывести читателя из «автоматизма восприятия». Термин «остранение» (от слова «странный») ввел литературовед Виктор Шкловский — одна из ключевых фигур русского формализма. По Шкловскому, автоматизм восприятия — это привычное, неосознанное восприятие вещей, когда человек делает все по шаблону. Искусство же должно вернуть ощущение жизни: для этого вещи не называются привычными словами, а описываются так, как будто ты видишь их впервые.

Публицистика и интернет

Журналисты часто прибегают к окказионализмам, особенно в заголовках — это делает их более яркими и цепляющими внимание. Кроме того, СМИ стараются мгновенно реагировать на происходящие в мире события, и необычные слова помогают точно и иронично выразить к ним отношение. Часто сатира направлена на общественную жизнь, политику, экономику, шоу-бизнес.

В Национальном корпусе русского языка больше всего окказионализмов встречается в основном, газетном и акцентологическом корпусах, единичны случаи употребления в поэтическом, устном и мультимедийном³. Наиболее частотны окказионализмы, образованные междусловным наложением, контаминацией, графиксацией: лжурналист — ложь + журналист, вридактор — врать + редактор, руководятел — руководитель + дятел, PRовокация — пиар + провокация, ВТОржение — Всемирная торговая организация + вторжение, юлист — юлить + юрист, рерихнуться — Рерих + рехнуться, блогоразумный — блог + разумный, здравозахоронение — здравоохранение + захоронение.

Смысл окказионализма, как правило, легко считывается носителем языка по форме слова, даже если он видит его впервые. Лжурналист — это лживый журналист, руководятел — бестолковый руководитель, юлист — хитрый и пронырливый юрист. PRовокация — не просто провокация, а та, которая имеет целью пиар, а слово ВТОржение показывает отрицательное отношение пишущего к вступлению России во Всемирную торговую организацию. Тем не менее для понимания некоторых окказионализмов может потребоваться знание контекста.

Часть окказионализмов получила широкое распространение и воспроизводится регулярно, поэтому их уже логичнее относить к неологизмам: прихватизация — приватизация + прихватить.

Устная речь

Разговорную речь, как и устно-письменный язык интернета, отличает спонтанность: говорящие могут свободно конструировать новые слова, смысл которых собеседник легко поймет из контекста. Например, на лингвистическом семинаре один из его участников сказал: «Это слово употреблено адхоково».

Наречие адхоково образовано от латинского выражения ad hoc — буквально ‘к этому’, то есть «для этого случая, специально для этого».

За понятность слова участник не переживал, так как был уверен, что все присутствующие знают это выражение. Вероятно, оно входит в окказиональный социолект научных работников. В интернете есть несколько эпизодических употреблений этого наречия (наряду с прилагательным адхоковый), что еще раз говорит о неслучайности окказионализмов.

Что волнует лингвистов

У лингвистов нет полного согласия в определении понятия «окказионализм». Кроме того, есть разные мнения насчет того, входят ли окказионализмы в систему языка.

Наталия Фельдман советовала лексикографам отличать окказионализмы от неологизмов (новых слов, ставших узуальными): окказионализмы включать в словари не следует. Главный критерий здесь довольно субъективен — чутье автора или редактора словаря.

Если неологизмы — это единицы словаря языка, то окказионализмы — единицы речи.

По этой причине окказионализмы в обычные словари действительно не включают. Вместе с тем существуют отдельные словари окказионализмов: например, «Словарь окказионализмов русского языка» Сергея Козинца, словари окказионализмов Владимира Маяковского, Андрея Вознесенского. Кроме того, сотрудники Института лингвистических исследований РАН выпустили «Словарь русского языка коронавирусной эпохи»: он содержит неологизмы, окказионализмы, слова, которые актуализировались именно в период пандемии COVID-19, и термины, получившие широкое распространение.

Самые необычные словари русского языка: от морфем до новоторов и Андропы-РасторопыОни устроены не так, как мы привыкли, и показывают язык с неожиданной стороныСчитается, что если новообразованное слово многократно воспроизводится в речи без упоминания автора, то оно перестает быть окказионализмом. Но как быть с фольклором, который относится к области коллективного искусства и не имеет связи с конкретным автором? Ведь в нем тоже встречаются окказионализмы.

Можно наблюдать такое явление, как эпизодическая воспроизводимость слов, когда они время от времени появляются в языке разных авторов, но неизвестны большинству говорящих. Это еще окказионализмы или уже неологизмы?

Предлагался, к примеру, такой критерий: потенциальные слова (которые имеют шанс остаться в языке) образуются по действующим, но несколько модифицированным словообразовательным моделям, тогда как окказионализмы возникают по аналогии или образцу конкретного слова⁴.

Разные люди могут независимо друг от друга «породить» одно и то же слово по определенной модели.

Ряд исследователей настаивает на единичности употребления окказионального слова как важном критерии. Но можем ли мы считать ключевым фактором единичность, если окказиональные слова все же иногда воспроизводятся — по крайней мере, в пределах одного текста или в репертуаре одного артиста?

Если окказионализмы порождаются и воспроизводятся в определенной среде, можно говорить об окказиональных социолектах. 

Молодежный жаргон — признак здорового развития языкаНаучный руководитель Грамоты Владимир Пахомов отказывается хейтить подростков за «имбу» и «падик»Молодые люди активно прибегают к окказиональным сленгизмам. Такие сленгизмы обладают ярко выраженным оценочным и экспрессивным характером, используются в шутку; их употребление делает человека «своим» для группы⁵.

Окказионализмы показывают нам практически безграничные возможности словообразовательных средств языка — они дают простор для творчества и самовыражения. А особо «живучие» окказионализмы могут перейти в новый статус и пополнить словарь общенародного языка.