Отечество, граждане, свобода... Какие слова запретил Павел I?

Внимание к слову

К началу правления Павла I уже вышло первое издание «Словаря Академии Российской». Император проявлял интерес к словам и их значениям; ему было важно и самому знать, и дать знать другим, каким словом можно выразить то или иное значение.

В указе от 17 сентября 1800 года есть целый раздел «Толкование», где Павел дает определение словам роскошь и мотовство: «Роскошъ разумѣется то, если кто не умѣренные имѣетъ расходы въ своемъ домѣ, частыя сборищи гостей и сему подобное подающее поводъ къ расточенiю имѣнiя; мотовство же есть картежная и прочiя на деньги и вещи игры, продажа собственнаго скота или какого другаго имѣнiя, безъ вѣдома своего начальства и безъ всякой нужды на пьянство, или ко удовлетворенiю другихъ страстей» <...> [Полное собрание законов... Т. XXVI: 310]¹.

Царский лексикон

Составить достоверный список слов, которые запретил лично Павел I, довольно трудно. Во многих случаях приходится опираться не на оригинальные документы, подписанные императором собственноручно, а на свидетельства современников.

Не стоит сбрасывать со счетов и возможную неприязнь к императору со стороны части дворян, права и привилегии которых он ограничил, поэтому к некоторым источникам приходится относиться с осторожностью. «У нас нет даже краткого, фактического обозрения павловского периода русской истории: анекдот в этом случае оттеснил историю», — писал историк Евгений Шумигорский².

В журнале «Русская старина» за 1873 год была даже помещена подборка «Самозванцы-объявители указов императора Павла I. 1800», где говорилось, что «некоторые смельчаки-мошенники <...> стали предъявлять мнимые указы и распоряжения императора Павла». Один мошенник называл себя комиссаром Летнего сада и показывал фальшивую копию приказа, согласно которому он должен был наблюдать, чтобы купцы, мещане и крестьяне не входили в сей сад в кушаке и шляпе, а ежели кто будет усмотрен, то с таковыми поступать по силе приказания: высечь плетьми и отдать в смирительный дом.

Указы Павла I о языковых изменениях затрагивают топонимическую и правовую лексику.

Император велел переименовать следующие топонимы: мыза Гатчина — город Гатчина, село Павловское — город Павловское, Летний дворец — Михайловский дворец, Вытегорский канал — Марьинский канал, город Григориополь — город Черный.

По мнению филолога Владимира Базылева, «переименования топонимов, как правило, эмоционально мотивированы; за ними скрывается стремление изменить ассоциативные связи старого топонима, или, если таковые связи отсутствовали, привнести их, придать имени собственному эмоциональную окраску»³.

В правовой сфере можно найти в том числе такие переименования и запреты:

• именитый гражданин — именитый купец;
• прапорщик — корнет;
• квартермистер — капитан;
• инженерный унтер-офицер — кондуктор;
• коммисариатский и провиантский служитель — магазейн-вахтер;
• батальон — полк;
• народное училище — школа;
• клуб, совет, представители — запрещено употреблять (замены не зафиксированы).

Кроме того, запрещено было называть иностранную валюту берлинками, трояками и грошами, размещать иностранные клейма и надписи на изделиях отечественного производства.

Некоторые лексические замены упомянуты в разных источниках. В журнале «Русская старина» за 1871 год опубликовано высочайшее повеление Павла I «Об изъятии из употребления некоторых слов и замене их другими» (1797). Согласно этому документу⁴, слово обозрение следовало заменить на осмотрение, выполнение — на исполнение, пособие — на помощь, сержант — на унтер-офицер, отечество — на государство, степень — на класс.

Для ряда слов Павел предложил два варианта замены: отряд — деташамент или команда, граждане — жители или обыватели, приверженность — привязанность или усердие. Слово преследование нужно было заменить словосочетанием посланный в погоню.

Слово общество царь приказал «совсем не писать».

При этом в тексте распоряжения, которое хранится в фонде Зимнего дворца в бумагах Константина Павловича (сына Павла I), общество предлагается заменить на собрание.

Карл Массон в «Секретных записках о России»⁵ писал, что Павел I велел заменить французское слово магазин на русское лавка («один лишь император мог иметь магазины топлива, муки, зерна и прочее»), запретил Академии употреблять слово революция в совершенно безобидном значении ‘течение звезд’ — так в те времена называли видимое перемещение звезд по небосводу.

Актеры на своих афишах должны были заменить слово свобода на позволение.

Среди мотивов императора часто называют стремление «очистить» русский язык от слов, напоминавших о Великой французской революцией 1789 года, которая омрачила его восшествие на престол.

Государство, в отличие от отечества, напрямую отсылает к государю. Французское слово patrie (от латинского patria ‘отечество’, восходящего к pater ‘отец’) подчеркивало, что родина принадлежит народу, а не является вотчиной монарха, поэтому в политическом языке того времени слова патриот и революционер были практически синонимами.

От немецкой принцессы к русской императрице: языковой портрет Екатерины Великой«Тебя накажу поцелуем прямо в губы»Теми же соображениями можно объяснить и неприятие слова граждане: оно обозначает людей, наделенных политическими правами, а не просто жителей страны.

Общество вызывает ассоциации с чем-то единым и сплоченным, с людьми, которые действуют как один живой организм: можно сказать общество этого требует, общество устало, тогда как подданные лишь просят о милости.

И все же однозначно утверждать, что слово общество было полностью запрещено, нельзя. В конце 1790-х годов рижская цензура обратилась в Совет при Высочайшем дворе, предлагая запретить сочинение Руссо «Об Общественном договоре, или Принципы политического Права». Совет заключил, что книга должна быть допущена к печати, «яко принадлежащая к сочинениям Руссовым, которых привоз и продажа были равномерно свободны, а потому, конечно, и есть уже она здесь во многих собраниях книжных»⁶.

Следовательно, слова общество и общественный допускались — по крайней мере, в названии переводных книг. Правда, в 1800 году Павел I решил проблему радикально, запретив своим указом «впуск из-за границы всякого рода книг, на каком бы языке оные ни были, без изъятия», потому что они несут с собой «разврат веры, гражданского закона и благонравия»⁷. 

Павел I не был языковым пуристом, наоборот — некоторые исконно русские слова он велел заменить иностранными.

Вместо русского отряд император предложил французское (!) деташамент или команда, которое пришло в русский язык либо из французского (commande), либо из немецкого (Kommando) во времена правления Петра I. Русское слово стража было заменено татарским караул, а врач — польским лекарь.

По свидетельству Евгения Шумигорского, император велел, чтобы во всех казенных бумагах «изъяснялись самым чистым и простым слогом, употребляя всю возможную точность и стараясь изъяснить лучше самое дело, а высокопарных выражений, смысл потемняющих, всегда избегать»⁷.

Статс-секретарь императора Дмитрий Неплюев писал в письме губернатору Малороссийской губернии Михаилу Миклашевскому, что Павел I приказал не использовать в донесениях слова пособие, обозреть, преследовать, выполнить, протечение, под стражу. Такие слова, по мнению Павла, «смыслу в российском языке не свойственны, а введены в употребление незнающими оного и почитающими за похвальное умствование то, что никакого смысла не имеет»⁸.

Лингвистический пуризм: как в разных странах защищают государственный язык от внешнего влиянияПроблема заимствований обычно возникает по политическим причинамОчевидно, Павла I волновал вопрос правильности языка, как он ее понимал. Однако не все исследователи согласны с тем, что он руководствовался мотивами «очищения» русского языка от какого-либо влияния, в том числе французского. Более вероятно, что он стремился его «обогатить» и одновременно рассматривал языковую политику как средство «воспитания» российского народа.

Инициативы на местах

Помимо указов и распоряжений самого Павла, у нас есть свидетельства о языковых ограничениях, которые исходили не от царя, а от нижестоящих инстанций. «Усердная не по разуму полиция, под видом желания угодить новому императору, делала и от себя странные распоряжения; так, например, запрещено было употребление слов „курносый“ и „Машка“»⁹. В слове курносый мог «скрываться непочтительный намек» на внешность царя, а в слове Машка, уменьшительной форме имени Мария, — на его супругу Марию Федоровну.

Согласно городской легенде, Павел запретил называть Машками коз, собак и других домашних животных.

Представление о том, что язык формирует сознание и его можно использовать как политический инструмент, существует очень давно. Оно отражено, в частности, в романе-антиутопии Джорджа Оруэлла «1984»: государство внедряет искусственный «новояз», чтобы сделать невозможным любую независимую мысль — если для слова нет понятия, человек не сможет его ни помыслить, ни выразить.

Как устроены языковые манипуляцииЭти приемы используют публицисты, политики, телефонные мошенники и даже родственникиВыбор слова для обозначения важного понятия в разные времена был предметом ожесточенных споров. В современном русском языке эти споры о номинации могут касаться исторических событий (Великая Октябрьская социалистическая революция или большевицкий переворот), людей (использовать ли новые феминитивы, политкорректные формулы, дискриминирующие меньшинств ругательства), современных реалий (использовать ли заимствования) и других явлений действительности. Но эффект указов, предписывающих языку одни слова и запрещающих другие, обычно оказывается недолговечным.